Год молодежи
На главную
Год молодежи
На главную На главную О компании Художники О компании Мир профессий Карта сайта Будь здоров Мытари По городам и странам
Художники Звезда




Цыгане в новелле Мериме Кармен



Проспер Мериме далек от романтической идеализации дикости. Он показывает жестокость, невежество своих экзотических героев; но, как и в историческом романе, он отказывается судить о них, исходя из норм буржуазной морали. Так, в одной из ранних новелл «Маттео Фальконе» (1829) убийство корсиканским крестьянином десятилетнего сына, который выдал солдатам попросившего убежище беглеца, изображается не как из ряда вон выходящее событие, а как поступок, естественный для местных понятий о чести. Отсюда нарочито прозаическая интонация повествования. Так же точно в другой корсиканской новелле – «Коломба» (1840), рисующей перипетии вендетты (родовой кровной мести), неистовая героиня – носительница народного миропонимания – силой и цельностью своей натуры выгодно отличается от своего цивилизованного брата и худосочной английской барышни.

Экзотические герои привлекают Проспера Мериме прежде всего своим свободолюбием. Так, в новелле «Таманго» (1829) дикий негритянский царек, продающий белым работорговцам своих подданных, сам попав в неволю, поднимается до истинного величия, когда возглавляет негритянский бунт на невольничьем корабле. С обычной иронией, из-под которой прорывается негодование, рисует Проспер Мериме цивилизованного работорговца Леду, чья бесчеловечность превосходит первобытную жестокость дикарей.

В знаменитой «Кармен» (1845), которую прославила одноименная опера Жоржа Визе (1875), изображены два сильных народных характера: баскский крестьянин Хосе, вся жизнь которого сломана захватившей его могучей страстью, и цыганка Кармен – вероломная, жестокая, лживая, но обворожительная своею внутренней независимостью и свободой чувств. «Хосе, ты требуешь от меня невозможного, – говорит она под угрозой кинжала. – Я тебя больше не люблю... Как мой ром, ты вправе убить свою роми; но Кармен будет всегда свободна».

В «Кармен» особенно наглядна полемика Проспера Мериме с романтиками. Он избегает трафаретной живописности в изображении Испании. В Севилье он рисует не мавританские дворцы, а табачную фабрику, солдатскую казарму; по испанским дорогам бродят не столько разбойники, сколько мирные крестьяне; придорожная вента (ночлежка) кишит клопами; в шайке контрабандистов царит алчность и нет чувства товарищества. Но с удивительным мастерством Проспер Мериме отбирает скупые детали быта и пейзажа, которые объясняют возникновение таких характеров, как Кармен и Хосе. Той же цели «снятия» романтических эффектов служит и композиция новеллы: она начинается рассуждением ученого-рассказчика на историческую тему и завершается не смертью героев, а трактатом, на целую главку, о языке и обычаях испанских цыган.

Предвосхищая эстетику французского реализма второй половины XIX века, Мериме стремился в своих новеллах к объективности, избегал лиризма, прятал авторское «я» – это важная особенность его стиля.

А. В. Луначарский назвал Мериме «великим графиком слова». «Мериме вооружен, – писал он, – холодной, как лед, и прозрачной, как лед, алмазной иглой. Это его стилистический инструмент, его «стиль».

После 1848 года Проспер Мериме почти перестал писать; политическая индифферентность, побудившая его принять звание сенатора от Наполеона III, привела к оскудению его художественного творчества. Однако он был одним из первых, кто ощутил начало кризисных явлений в духовной культуре буржуазного Запада; в этом причина его глубокого увлечения в последние двадцать лет жизни русской литературой. Изучив русский язык, Проспер Мериме занялся переводом русских писателей. Он переводит А. С. Пушкина («Пиковая дама», «Выстрел», «Цыганы» – прозой); Н. В. Гоголя («Ревизор»), М. Ю. Лермонтова («Мцыри» – прозаический перевод в сотрудничестве с И. С. Тургеневым), И. С. Тургенева («Призраки», «Петушков» и др.); пишет статьи о русской литературе и русской истории XVII века, изучает восстание Степана Разина и Пугачева.

Эта деятельность Мериме сыграла выдающуюся роль в развитии русско-французских культурных связей.