Год молодежи
На главную
Год молодежи
На главную На главную О компании Товары и услуги Карта сайта Будь здоров Мытари По городам и странам
Шото Звезда



Доверчивость



Тайга. Таежные рассказы

С половины зимы сено стали возить тракторами. Прицепят к трактору сани, навалят целый стог сена и везут в совхоз. Обычно в такой рейс отправляли три-четыре трактора. Кроме трактористов и грузчиков с ними выезжали и совхозные охотники. Это же здорово – прокатиться в теплой кабине за сотню километров в глубь тайги! По дороге погоняют глухарей, куропаток, а там, глядишь, поднимут лося или табунок оленей.

Сначала сено выбирали с ближних покосов, но вот подошла очередь Сокжоевых и вся эта армия нагрянула ко мне в Лиственничное. За день до этого приезжал Шурига и предупредил меня, что в Родниковом распадке вышла наледь, вот-вот перекроет дорогу, и из-за нее мне недели две-три придется позагорать в одиночестве.

Я поужинал и перед тем, как забраться в постель, вышел на улицу посмотреть погоду. К ночи мороз усилился. Предвещая ясный день, на небе высыпали крупные зеленые звезды. Млечный путь протянулся через все небо и ушел куда-то за сопки. Раскаленный пятидесятиградусным морозом снег излучал матовое сияние. Облитые этим сиянием закостенелые лиственницы жались к стылой земле, и мне было жаль их. Не верилось, что в этой почти космической пустоши есть что-нибудь живое. Молчит когда-то шумливая тайга, спрятались под снежное одеяло кусты кедрового стланика, ушла под ледяной панцирь звонкоголосая Фатума. Извивающееся среди тальников русло реки кажется широкой дорогой, и наоборот – дорога сейчас донельзя похожа на небольшую речку.

Над тайгой плывет тишина. Только изредка потрескивают, я бы сказал, даже покрякивают, деревья, да в глубине избушки о чем-то поет транзистор.

Неожиданно слышу какой-то рокот. Кажется, вездеход. Недавно сюда заезжали охотники из Магадана. У них две лицензии на лосей. Я напоил охотников чаем, пригласил переночевать и вообще встретил по всем правилам таежного гостеприимства. Но на вопрос, есть ли где-нибудь неподалеку лоси, схитрил. Сказал, что раньше здесь бродили лось, лосиха и малыш-лосенок, но на прошлой неделе их обстреляли приезжавшие за сеном шоферы и напуганные звери куда-то ушли. Я, мол, только вчера обследовал почти всю долину и не встретил ни одного свежего наброда. На самом деле лосей никто не трогал и они всей семьей держатся километрах в пяти от Лиственничного. Там у них лежка на лежке. Я даже удивляюсь, как они могут прокормиться на таком островке?

Вездеходчики посетовали, что теперь им придется пробиваться к самой Буюнде, и укатили. Сейчас, наверное, возвращаются.

Шум мотора на какое-то время стих, затем взорвался мощно и властно. Нет, это не вездеходчики. Скорее всего работает трактор, да к тому же не один. За сеном едут. Может, наледь отступила или Шурига нашел объезд.

Тороплюсь в избушку. Нужно ставить на огонь все три чайника, растапливать печку в бригадирской. Всем прибывшим в моем жилье не разместиться.

Минут через двадцать у реки появляется цепочка огней. Набрасываю куртку и тороплюсь навстречу. Все-таки я здесь хозяин, и долг вежливости требует встретить гостей у ворот. Трактора, пощелкивая разболтанными траками, проплывают мимо меня и заворачивают в Лиственничное. За каждым трактором широкие и длинные сани.

Пропустив последний трактор, какое-то время стою и смотрю на опустевшую дорогу, затем возвращаюсь в избушку. Там полно людей. Одни скромно жмутся у порога и глядят на все удивленными глазами. Это новички, и таежное житье-бытье им в диковинку. Другие ведут себя более чем уверенно. Тот подкладывает в печку дрова, тот разливает по кружкам чай. Высокий горбоносый парень успел снять валенки, забраться с ногами на мою кровать и роется в объемистой сумке, извлекая из нее различные припасы. На столе – гора всевозможной снеди: вареные куры, колбаса, сало, три каравая белого хлеба.

Под низким потолком плавают клубы табачного дыма. Все курят. Даже горевшая до этого вполне сносно керосиновая лампа отчаянно коптит.

На дровах возле печки – груда убитых куропаток. На взъерошенных перьях мазки крови. Длинный парень с высоты моей кровати и своего роста первым замечает меня:

– О, начальник явился! Давай к столу. Сейчас перекусим с дороги, а потом уху из куропаток заделаем. Самая вкусная уха из петуха. Вы даже не можете себе представить, до чего уважаю дичь!

Здесь он настораживается, а рыскающая в сумке рука замирает. Горбоносый медленно поворачивается к возившемуся с чайником трактористу:

– Константин, ты чего-нибудь соображаешь? Правильно говорят, если человек идиот, то это надолго. Как ты мог положить патроны вместе с продуктами? – Горбоносый извлекает из сумки четыре патрона в ярко-красной обертке и выставляет их на стол. – Из-за тебя я без такой шикарной шапки остался. Представляешь мое горе, начальник? – Это уже ко мне. – Выныриваем из ложка, и прямо перед нами росомаха. Стоит, как специально, ждет, значит. Я за ружье, а там дробь-пятерка. Мы перед этим куропаток гоняли, ну патроны с мелкой дробью в стволах и остались. Я за патронташ, а там пусто. Хорошо помню, что перед самым выездом сюда четыре патрона волчьей картечью зарядил, ищу-ищу, а найти не могу. Оказывается, этот артист их в сумку с продуктами спрятал. Я весь патронташ по патрону перебираю, а она стоит. Здесь из заднего трактора бегут: «Чего стали?» Она заволновалась, и на ход. Я ее дробью вжарил, а ей такой заряд как пшено. Даже шаг не прибавила.

– Стреляли где? – спрашиваю длинного.

– Да не так далеко. Сейчас за поворотом на Родниковое. Уже темнеть начинало, я даже мушки толком не видел. А что, знакомая?

Киваю головой и тут же спрашиваю:

– Вы ее не ранили?

Тот, что с чайником, пожимает плечами:

– Да кто там ее знает? Я хотел посмотреть, сунулся в снег, а там по шею. Ей-то что? У нее лапы, как лыжи. Раз, раз и подалась.

Сео курс в гостях у андрея голубева курсы.


Роска ∼ ЛиственничноеПуть росомахи лежит на северРосомаха похожа на медвежонкаЛосиный рогБродит росомаха далеко не случайноМедвежьи когтиПолевкиУ кострища побывал собольВ избушке тепло и уютноРосомаха принимается жадно естьГору везут к МагометуВолчица и волчатаОтпечаток медвежьей лапыУ нас как в ЧикагоПрошла росомахаМедвежья головаДоверчивостьСлед у РодниковогоТам, где прошла РоскаНаконец берегХромая росомахаРаненый зверьЕшь, голубушкаКогда-то здесь жили рябчикиНа льду запрыгал хариусСобака в снегуДаже головой не шевельнулаХорошая мысля приходит опосляЗабыв о простудеПо щучьему велениюСловоЖизнь переделывает каждого на свой ладЭто не медвежонокОн разговаривал с РоскойВездеход скрылся за поворотомЖилище для РоскиСвято место пусто не бываетОлени убежали из совхозного стадаВороны к дармовой еде не торопятсяРоска учуяла рыбуЗдоровье пошло на поправкуВ предбаннике стоит жараНедовольное рычаниеУ навеса жизнь бьет ключомШуригаБригадир смотрел куда дальшеВы помните росомаху?Обидно до боли в сердцеУ хищников плохое зрениеУцепится когтями в бревноЧетыре трактора с санямиКлев длится полчасаПробую ловить и на поплавокЛето входило в свои праваМедведь сгорбился на камнеМедведь не проявил к малышу симпатииДо свидания, Роска



Мир профессий
Мастер или разбойник?
Художник по декоративной обработке металла
Обработчик изделий из янтаря

По городам и странам
В Пуэрто-Рико
Во Ветбаке
Мараньон – исток Амазонки
Вечный город Рим
Норвежские рыбаки
Лейпциг в прошлом и настоящем
Леса Канады
Туризм и охрана природы
История возникновения ЕЭС
Страна Бенгал
Вода на земле Индии
Природные ресурсы Египта
Древние памятники польской национальной культуры
Кубинский сахар

Мир природы
Смертоносная цикада мачакуй
Кто такие солонгои
Живое ископаемое